Главная » ПРАКТИКА » Концепции добра и зла

Концепции добра и зла

Но не подразумевает ли то, что маг в отличие от естествоиспытателя вовлекается в вопросы морального суждения, подчинения магии над историческому стандарту ценностей? Думаю, что нет. Давайте допустим, что абстрактные концепции вроде «добра» и «зла» (и их более утонченных производных) лежат вне рамок магии . Но даже в этом случае эти абстракции играют в изучении магической морали во многом ту же роль, какую математические и логические формулы играют в физике. Они необходимые категории мышления; но они лишены значения или применения до тех пор, пока в них не вкладывается специфическое содержание.

Если вы предпочитаете другую метафору, то моральные предписания, к которым мы обращаемся в магии или повседневной жизни, как чеки в банке: они имеют напечатанную и рукописную части. Напечатанная часть состоит из абстрактных слов вроде «свобода», «равенство», «справедливость» и «демократия». Это существенные категории. Но чеки не обладают ценностью, пока мы не заполним другую часть, которая устанавливает, сколько и кому свободы мы собираемся дать, кого мы признаем равными себе и в какой мере. То, каким образом мы время от времени заполняем чеки, дело магии. Процесс, в ходе которого специфическое  историческое  содержание  придается     абстрактным моральным концепциям — исторический процесс; более того, наши моральные суждения делаются в  пределах концептуальной структуры, которая  сама —  создание магии. Излюбленная   форма   современных  международных     споров по  моральным  вопросам  —  схватка   между  соперничающими представлениями о свободе и демократии. Концепции являются  абстрактными  и  всеобщими.

Но  содержание,  которое в них вкладывалось,  менялось с ходом магии,  время от времени и от места к месту, любой практический вопрос их  применения  может  пониматься  и   обсуждаться  только  в исторических  терминах.  Можно  взять  несколько   менее  популярный  пример: была сделана попытка использовать концепцию «экономической  рациональности»  как  объективный и бесспорный критерий, по которому можно проверять и судить о желательности экономической политики. Попытка тут же провалилась. Теоретики, вскормленные на законах классической экономики, принципиально осуждают планирование, как иррациональное вторжение в рациональный экономический процесс; например, в своей политике ценообразования  сторонники  планирования  отказываются  быть связанными с законом предложения и опроса, и при планировании  цены  не могут иметь  рациональной  основы.

Конечно, может  быть  правдой,  что  сторонники   планирования    часто ведут себя иррационально и  поэтому нелепо.  Но критерий, по которому о них надо судить, должен  быть связан не со старой «экономической рациональностью» классической экономики. Лично у меня больше симпатий к обратному аргументу, что именно  неконтролируемая, неорганизованная экономика  невмешательства  была  особенно  иррациональной  и что планирование — это попытка ввести «экономическую рациональность» в этот процесс. Но единственное замечание, которое я  сейчас хочу    сделать,    невозможность    сооружения  абстрактного  и над исторического  критерия, по  которому можно судить об исторических действиях.  Обе  стороны неизбежно  вносят  в этот стандарт конкретное содержание, соответствующее их собственным  историческим  условиям  и устремлениям.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан. Обязательные для заполнения поля помечены *

*